Тропами вереска

Только досаду, что не удалось задуманное! А то, что из тьмы зло истинное в наш мир лезет, ему на то наплевать! Ну, погибнет во всей округе скот, ну, грядут года неурожайные, ну, родятся у молодых матерей мертвые дети, да и что с того? Главное, свои закрома набить!

А Ильмир трясет меня, злится. Потом отпихнул, как мусор, бросился туда, где кафтан с сапогами остались, на колени упал и давай молитвы свои читать. Я головой потрясла.

– Не поможет, служитель, – сказала ему хрипло. – Накрепко я его упрятала. В тело вовек не вернется.

Да и тело-то под землей теперь, будет жадный мужик по ночам выходить и дверь стеречь. Она каждый раз в новом месте открывается, хоть и есть приметы, по которым найти можно. А можно и ошибиться. Посмотрела на одежду сброшенную – надо бы убрать, а то придут утром деревенские, увидят и будут говорить, что ведьма печника Приславу демонам отдала или и того хуже – съела. А впрочем, пусть говорят. Больше бояться станут. А у людей где страх, там и уважение.

Так что я встала, шатаясь, и пошла к воротам, на служителя, что все бормотал что-то, не оглянулась даже.

– Спрашивай, – прокряхтела я. – Заслужил ответы, служитель.

– Это были такие же твари, что и у озера?

Я хмыкнула. Да уж, не в бровь, а в глаз сразу.

– Нет. У озера тварь страшнее была. Из высших. А это низшие, так, мелочь всякая.

– Ничего себе мелочь, – присвистнул, утирая кровь из разодранной щеки.

– Мелочь по мерке тьмы. А для человека все едино и смертельно.

– А для ведьмы? – глянул он остро.

– Жива еще, как видишь, – хмыкнула я.

– Как они в наш мир попали, я понял, даже служители знают про двери… Мы их вратами называем. Только…

– Только думаете, что их сами ведьмы и открывают, – закончила я за него и усмехнулась: – И так бывает, служка.

– Что слышал. Все спросил?

– Тот мужик… что ты с ним сделала? Он умер?

– Он между мирами, двери стеречь будет. За все платить надо, – буркнула я.

– А ты за что платишь, ведьма? – негромко спросил Ильмир.

Я не ответила, только шаг ускорила.

С утра на тропинке мешочек с медными монетами лежал. Небольшой, конечно, но все же не поскупились деревенские, с каждого двора собрали. Мне и не нужно, да нельзя без откупа. Внутри – наузы неумелые и заговоры деревенские, чтобы, значит, ведьма медяшки забрала, а вместе с ними все несчастья и болезни людские.