Цианид

– Тебе нужно в травмпункт, сделать рентген.

– Займусь этим завтра. Я просто на последнем издыхании, – ответил он.

– Я помогу тебе застелить диван. И давай туго перебинтуем кисть? Если там смещение, то лучше его зафиксировать. Чем мне еще помочь? – спросила я.

– Я не при смерти, не волнуйся, – самоуверенно улыбнулся он. Но от повязки все-таки не отказался.

Он снял толстовку и остался в одной обегающей черной футболке. На его предплечьях было полно татуировок: звезды, цветы, зубчатый силуэт гор, протянувшийся от запястья до локтя.

Но больше всего мне понравились сами руки: они были крепкими и рельефными, как у атлета. На вечеринке рукава рубашки скрывали их, но теперь я могла увидеть их полностью и… получила от зрелища удовольствие. С Дереком такого не было. Не припомню, чтобы мне хотелось разглядывать его. Задерживать взгляд на его лице или руках. И только сейчас отсутствие этого желания показалось мне странным. Только сейчас.

– Мне нравятся твои тату, – сказала я, надеясь, что Митчелл не воспримет это как флирт.

 – И это забавно, учитывая, что обычно они меня отталкивают.

– Не знаю, наверно воспитание. Все бунтарское меня немного пугает: татуировки, кожаные куртки, пирсинг, наркотики, тяжелая музыка…

– А между тем ты тоже бунтарка, – усмехнулся Митчелл. – Которая пишет бунтарские статьи о порно.

Я рассмеялась, качая головой.

– У меня не было выбора. Сложно смотреть на эксплуатацию и делать вид, что это нормально.

Митчелл помолчал, раздумывая над чем-то.

– Ты бы запретила порно совсем, если бы это было в твоей власти?

– Хм… Нет.

Это неверный подход.

– Потому что любое явление, которое вынуждают уйти в подполье, в итоге приобретает уродливые формы. Если запретить порностудии, то для тех, кто вынужден сниматься в порно – а большинство из этих людей приходят туда по нужде, – все станет еще хуже. Их можно будет запугивать, травить, шантажировать, обманывать, не платить деньги. Нельзя запрещать то, от чего люди все равно не смогут отказаться: алкоголь, сигареты, порнографию, проституцию.

Это как вместо того, чтобы лечить гнойную рану, просто прикрыть ее кружевной повязкой и сказать, что заражения нет. Но ведь заражение никуда не денется, и рана продолжит гнить… Простой пример: там, где проституция легализована, человек, предоставляющий секс-услуги, в случае насилия сможет обратиться в полицию. Он будет защищен. Ему нечего будет скрывать. Если же проституция запрещена, то те, кто в нее вовлечен, лишатся защиты.