Ты мой закат, ты мой рассвет

Я делаю жест в сторону коллеги, приглашая начать с нее.

Хочется отклонится, посмотреть, вернулась ли моя беглянка, но это будет как–то тупо. Так что приклеиваю жопу к стулу и, когда приходит моя очередь, выбираю первое, что бросается в глаза. По хрену, аппетита уже все равно ни в одном глазу.

От алкоголя отказываюсь, но, чтобы поддержать компанию, беру сок.

Бля, да отвали ты уже!

Но парень начинает воодушевленно перечислять какие–то особенные десерты в меню, молоть чушь об «авторском чае» и каким–то образом вовлекает мою спутницу в диалог.

Терпеливо жду, пока закончат обмениваться чепухой. Спокойно, Антошка, бывают в жизни хуже огорчения.

Например, услышать от собственной жены: «Я тебя люблю, но давай–ка мы разведемся».

Первых пару дней мне было вообще по фигу. Я как будто заморозился от тех ее электронных слов. Хочешь развод, Очкарик? На тебе развод. Силой к ЗАГС не тащил, силой за кольцо хвататься не буду.

Где–то через неделю я начал злиться. И хрен даже знаю от чего сильнее: что она снова — ОПЯТЬ! — решила за нас в одно лицо, или что снова мне соврала.

Когда женщина хочет развод — она прибежит на край света, если нужно — в течение суток, лишь бы получить от благоверного соответствующее заявление. Мало ли у меня разведенных приятелей?

А мой Очкарик просто сбежала, оставив «нас» в подвешенном и наверняка удобном ей состоянии. Потому что не хотела развод. Потому что — я верю — искренне думает, что любит меня.

Только не сражается совсем. Как будто нести тяжко, а выбросить жалко.

И каким бы злым я ни был, я дал ей время. Мысленно решил, что это будет не день и не неделя. И даже не один месяц, а столько, сколько ей потребуется, чтобы прийти в себя, набрать мой номер и не нести чушь о разводе, а сказать что–то вроде: «Я соскучилась».

На хрен бы всех послал и приехал.

Потому что это означало бы, что она готова идти вперед — со мной, вместе, а не рядом через прозрачную стенку параллельной вселенной, где мы пересекаемся только в горизонтальной плоскости.

Такой был план. Может, кривой и не романтичный, без белого коня в комплекте и ленточки королевы турнира на копье, но я никогда не корчил рыцаря печального образа.

Так что сейчас, когда официант, наконец, сваливает, и я вижу, как Йени неуверенной походкой направляется к столу, меня начинает бомбить. Тихо и без истерик, но по злому.

Хоть кольцо не сняла — и то спасибо.

Что за клоун вместе с ней? Третий раз оборачивается, еще бы пальцем показал.