Усадьба ожившего мрака

Сева испугался, что вот сейчас начнется истерика. Или вопросы. Потому что как же не спросить про упырей?! Но Лидия лишь молча кивнула, принимая сказанное, как данность.

Они уже брели с Соней по узкой тропке, когда она обернулась, вперила взгляд в Митяя.

– Как этих тварей убивать? – Теперь в голосе ее звенела холодная ярость. – Ты меня научишь?

Он ничего не ответил, лишь молча кивнул. Лидии этого оказалось достаточно. Она снова коснулась своей шеи, а потом резким движением подняла ворот пальто.

– Берегите себя, мальчики, – сказала, уже отворачиваясь от них с Митяем. – Берегите себя.

До Гремучего ручья Власа подвезли на раздолбанном, дребезжащем грузовике. Это было личное распоряжение коменданта, с которым Стелла была на короткой ноге.

– В ваши годы, с вашими сединами и вашим ревматизмом, Вацлав Мцеславович, не гоже шастать по лесу пешком, – сказала ему Стелла, вручая пахнущую духами записку. – Отдадите коменданту, он организует вам транспорт и пропуск. Кстати, если начнут расспрашивать, сами вы из области, приехали в эту глушь исключительно из любви и уважения ко мне.

Она кокетливо поправила выбившуюся из прически прядь, а Влас сказал:

– Исключительно из любви к вам.

В его любовь и уважение комендант поверил почти сразу, но все равно разглядывал с изрядной долей скепсиса. Зиночка постаралась на совесть, выглядел Влас безобидным дряхлым старцем. Дунь на такого – он и рассыплется. Но, как бы то ни было, а пропуск и доставку Власу организовали, и в оговоренное время он уже с кряхтением выбирался из кабины грузовика, поправлял сползшие на нос очки, рассеянно хлопал себя по карманам пальто в поисках пропуска.

Нельзя сказать, что на благообразного старичка с саквояжем никто не обратил внимания. Обратили, даже саквояж обыскали, минут пять перебирали непонятные для самого Власа инструменты, потом велели поднять руки и обыскали его самого.

С той стороны ворот его уже ждал юркий, плюгавый мужичок. По повязке со свастикой на руке было ясно, что он из местных полицаев. В рожу плюгавого Влас всматривался очень внимательно, запоминал на будущее.

Полицай довел его до главного здания и на крыльце передал на попечение адъютанту, тощему молодому офицерику.