В тайге ночи тёмные

Муки совести ему в принципе несвойственны и любым своим действиям он всегда находит вполне логичное оправдание. Но сердце заболело всё равно, заныло, застонало.

Кирилл приехал через два часа, помог уложить вещи в багажник.

— Ну? — встал у крыльца. — Ты точно уверена, что это единственно правильное решение? Пока еще не поздно позвонить ему и обо всем рассказать.

— Я уверена. Ты же потом поедешь на работу? — закрыла дверь.

— Тогда, если увидишь его там, передай ключи, пожалуйста, — и вложила ему в руки связку.

— Это будет удар ниже пояса, Лиз. Получается, ты и не любишь Женьку.

На что Лиза уставилась на него злым взглядом, собралась было возмутиться, но Кирилл предвосхитил возмущение:

— Раз я не прав, тогда к чему это бегство? Вы же взрослые люди.

— Все серьезные ошибки совершаются именно взрослыми людьми, Кирилл. А наша история с ним только и состоит из сплошных ошибок.

— Тебе виднее, — открыл для нее дверь машины.

Соколов в это время сидел на встрече, за которой последуют еще две.

Но это хорошо, меньше будет думать о проблемах. Правда, вчерашний разговор с Лизой не давал покоя. Что-то присутствовало в ее голосе, в интонации. С другой стороны, хотя бы соизволила заговорить.

Пять часов пролетели незаметно. И когда, уже будучи без сил, Евгений отправился к себе в кабинет, чтобы забрать пальто с ключами от машины, то обнаружил там брата. Кирилл сидел в кресле с непривычно задумчивым видом, а перед ним на кофейном столике лежала связка ключей.

В этот момент сердце Соколова замерло. По брелоку сразу понял, чьи это ключи.

— Какого хрена? — подошел к брату. Хотя уже догадывался, что сейчас услышит, но верить не хотелось до последнего.

— Лиза просила тебе отдать, — произнес до противного спокойно.

— И где сейчас Лиза? — впился в него взглядом полным ненависти.

Соколов сделал глубокий вдох, а на выдохе спросил:

— Почему ключи оказались у тебя?

— Потому что я отвез её с Пашей в аэропорт.

— Тварь, — процедил сквозь стиснутые зубы, — выблядок ты недоделанный!

— Полегче, Евген, — поднялся, — она попросила меня помочь, я помог, — после чего собрался покинуть кабинет, но вдруг остановился, — и еще. Так сказать, на десерт. Я спал с Ксенией. Наравне с тобой. Она, конечно, утверждает, что ребенок от тебя, но как знать, как знать.

Это стало последней каплей.