В тайге ночи тёмные

Уже через секунду Кирилл сидел на ковре и держался за нос, кровь текла по губам, подбородку, капала на белую рубашку и галстук, а Евгений стоял над ним, растирал руку и примерялся, куда бы еще врезать сукину сыну.

— Отец был прав, — произнес металлическим голосом, — ты уродился жалкой гнидой. Чтобы духу твоего здесь больше не было, — и напоследок отвесил хорошего пинка.

— Ожидаемо, — загнусавил, — зато моя совесть теперь будет спать спокойно.

— Она у тебя и не просыпалась, падла ты дешевая. Вали на хер.

— Считай, меня уже тут нет, — поднялся, стряхнул кровь с пальцев на ковёр и, слегка пошатываясь, направился к двери.

А Соколов опустился на диван и уставился на связку ключей. Сидел так около часа, сидел и глушил в себе желание разнести кабинет в щепки. Что это всё такое? Карма? Для чего же он тогда выжил? Зачем всё это было нужно? Брат предал, Лиза тоже. Она просто взяла и увезла Пашку. Трусливо и жестоко сбежала. И почему? Почему они так поступили? Разве он не поддержал брата? Разве не погасил все его долги, не разобрался с уродами, которые начали ему угрожать, не дал работу? А Лиза… разве изменял ей? Может, обращался жестоко? Что же такого, мать твою, он сделал? Ну да, не рассказал об этой жалкой шлюхе, которая, оказывается, раздвигала ноги перед обоими и кто знает, перед кем еще.

Кирилл в свою очередь, чувствуя себя как никогда легко, не взирая на опухший и, скорее всего, сломанный нос, отправился прямиком к Ксении.

К счастью, она была дома. Правда, впустила его с большой неохотой и то, только потому, что Кирилл сказал, что приехал по просьбе брата.

— Ну, и? — открыла ему дверь.

— А ты с каждым днем всё красивее, — тут же зашел в квартиру.

— А ты не очень, — остановилась взглядом на его кривом красном носе. — Что случилось?

— Случилось то, что должно было случиться уже давно.

— Со своим соседом гитаристом подрался?

— О нет.

— Может, хватит, а? У меня мало времени. И вообще, ты, кажется, приехал по поручению Жени.

— На самом деле нет — прислонился спиной к стене, — я приехал сам по себе. Пришлось взять грех на душу, иначе ты бы меня не пустила, — усмехнулся. — Что, Ксень? Всё ждешь от него звонка?

В этот момент ее взгляд наполнился настоящим ужасом:

— Нет, — замотала головой, — ты не мог. Ты не мог!

— Смог, дорогая.