В тайге ночи тёмные

Ты, Лиз, заигралась в маленькую обиженную девочку, которая одна одинешенька против всего мира. Все люди совершают ошибки, главное, вовремя их признать, если можно исправить, то постараться исправить, а нельзя, так жить дальше. Твой Соколов хочет быть с той женщиной?

— Значит, нет. Он хочет быть с тобой?

— Вот и ответ. Мужик хочет быть с тобой. Все-таки хорошо, что ты приехала, хоть поучу тебя уму-разуму напоследок.

— Лиза, я решил, всё. И ввязываться в бессмысленные авантюры не буду.

— Это мы еще посмотрим, — поднялась, — я к доктору схожу, поговорю.

— Иди, поговори, — пожал плечами.

Однако разговор с лечащим врачом подтвердил опасения. На диализе отец не протянет долго, вторая почка тоже отказывает. Помочь может только пересадка. И надо срочно искать донора. Понятное дело, если идти в порядке общей очереди, отец просто не дождется, значит, надо за деньги и, что, скорее всего, за границей.

Из больницы Лиза вышла в состоянии полнейшей прострации. Какие там сто-двести тысяч рублей? Это вообще ни о чем.

Здесь нужны миллионы.

— Мам! — кинулся к ней Паша. — Ты видела деду?

— Да, малыш. Видела.

— А мне к нему мозно?

— В больницу детишек не пускают. Но ты с ним обязательно поговоришь по видео-звонку. Ладно?

— Тебе есть, где остановиться? — вступил Александр.

— Поищу гостиницу, — и вспомнила, что телефон так и не включила после приземления.

— А давай к нам? Дом у нас большой. Тебе с ребенком всяко удобнее будет. Захочешь отца навестить, Пашку всегда можно с матерью оставить.

— Да, хорошо, — не стала отказываться.

Сейчас ей действительно понадобится помощь, любая.

— Тогда поехали. Вы наверно есть хотите? — подмигнул Паше.

— Я хочу кусать. Очень.

— Окей, здесь есть хорошее место недалеко.

И пока сидели в кафе, пока Паша с большим удовольствием ел мини-пельмешки, а на десерт заедал блинчиками со сгущенкой, Лиза кое-как впихнула в себя тарелку щей. Все плохо, безнадежно плохо. Телефон тем временем продолжал вибрировать от всё новых и новых смс, от уведомлений о пропущенных вызовах.

Это был Женя. Но разговаривать ни с кем не хотелось, да и что она ему скажет? Мол, да, сбежала, сына увезла, а сейчас сидит в кафе с Александром, к которому ещё и ночевать поедет? Или, например, сказать, что была неправа, что готова на всё, только бы он помог отцу деньгами? Ведь только он и может помочь, если еще захочет. Нет, нет, нет, надо хорошенько обо всем подумать, переспать с кучей мыслей, понять, что делать дальше.

До дома Саши добрались в ночи.