Венец безбрачия белого кролика

Арти кинулась ко мне.

— Проводил ее, вернулся домой, включил телевизор, услышал сообщение о катастрофе и вернулся сюда. Глупо, конечно, но вдруг кто-то выжил?

— В упавшем самолете летел твой друг?

— Екатерина. Жена по паспорту. Она отправилась на пробы для съемок в сериале.

Арти зажала рот рукой.

— Такого просто не может быть. Там же находился и Филипп. Не знаю, что теперь делать? У Фила никаких родственников, кроме отца, нет. А тот никогда не вернется в Москву.

Думаю, понятно, что погребением Попова и Екатерины занимался я.

На следующий день после похорон я предложил Артемоне расписаться, она ответила:

— Разумно подождать некоторое время. Сейчас идет следствие. У тебя погибла жена, у меня — муж. Если мы распишемся, полицейские могут подумать, что мы катастрофу подстроили.

— Бред, — воскликнул я.

— Конечно, — согласилась Арти, — но начнется проверка, нас затаскают по допросам. Лучше пересидеть на берегу, пока найдут виновников крушения, и потом спокойно соединить наши судьбы. И еще денежный вопрос.

Я — официальная наследница Филиппа, у него никого, кроме отца, нет. А тот где-то на краю света, он в розыске, в Москве не появится. Сколько денег было у Попова, я даже представить не могу. Но они теперь мои. Все, что он имел, я вложу в твой бизнес.

Семен Сергеевич снова отпил из фужера.

— Понимаете, какой она человек? Через год мы сыграли свадьбу. Всем знакомым мой секретарь «по секрету» нашептал, что новобрачных сблизило горе. Они впервые встретились в аэропорту, куда приехали, услышав о гибели супругов в авиакатастрофе.

Помощник понятия не имел о правде, я ему объяснил:

— Люди любопытны, бесцеремонны. Хлебнут за столом «горячительного», станут приставать: «Расскажите, как ваши отношения начались». А у нас с женой нет желания вспоминать о горе в радостный день. Поэтому предупреди гостей, объясни им про самолет, намекни: молодым не надо некоторые вопросы задавать.

Вот такая у нас с Арти история.

На следующий день вечером я прибыл в загородный особняк маменьки и направился в маленький дом, который специально построили для приема гостей неподалеку от основного особняка.

Костюм африканского вождя, черный комбинезон, закрывал полностью мое тело и лицо, кроме губ с глазами. Я надеялся, что ни одному дорожному полицейскому не придет в голову проверить у меня права. Мне же тогда придется снимать черную «кожу». Но поездка прошла без приключений. Красную помаду и боевой раскрас я нанес дома и надеялся, что макияж не «поплыл».