Такого породистого татарина, как ты, больше нигде не встретишь! А помнишь, как мы с тобой на пару бегали к Галке?
— Со Стромынки? — Мулла невольно улыбнулся, вспомнив любвеобильную Галку, которая отдавалась уличным кавалерам за три рубля. — Как же я могу позабыть такое? Она была первой девкой…
Потом Мулла подошел к Славе Горелому, взял его за плечи, встряхнул и произнес:
— Вот с тобой я в аду точно не встречусь. Бог подберет для тебя местечко поуютнее.
Слава Горелый, он же Слава Поп, некогда учился в духовной семинарии, но был исключен с третьего курса за то, что курил табак-самосад, украденный у батюшки.
Архиерей из него не получился, зато вышел искусный карманник. Видимо, господь пожалел заблудшую овцу своего стада и наделил ее полезным талантом — незаметно извлекать из карманов богобоязненных сограждан тугие кошельки.
Мулла попрощался с каждым вором и постарался для каждого отыскать то единственное слово, которое могло бы успокоить даже на пороге могилы.
В эти минуты Заки напоминал священника, принимающего покаяние ратников, идущих на бой, и отпускающего им грехи.
А когда короткое прощание было закончено, Мулла сказал:
— Бродяги, вы не предали меня в этой жизни. Очень надеюсь, что Аллах не разлучит нас и после смерти. Представьте себе, какая это будет замечательная компания!
За дверью послышались шаги, и молодой уверенный голос строго распорядился:
— Автоматы наизготовку! Быть предельно внимательным! Если кто-то вздумает сопротивляться, пальните ему в лоб! Разрешаю.
А теперь открывай!
Загремели засовы, и через секунду дверь распахнулась.
— Граждане заключенные! Всем выходить по одному! Предупреждаю сразу, я не люблю сюрпризов. Если вздумаете шутить, мои бойцы начнут стрелять без всякой команды!
Первым пошел Мулла, следом за ним вышел Стасик, за Стасиком — Слава Горелый, а уж за ним потянулись и все остальные.
Гришуня Маленький встречал кодлу Муллы у выхода.
Широкоплечий, с огромной головой, напоминавшей кочан-переросток, он стоял, расставив толстые короткие ноги, и всем своим видом напоминал Соловья-разбойника, способного одним только свистом изничтожить вражье воинство. По обе стороны от него толпилась его шайка, дожидаясь команды порвать на куски бывшего смотрящего лагеря.
Гришуня Маленький долгим взглядом проводил лейтенанта и автоматчиков.
