Возвращение джинна

Кто-то пытается отжать эту воду, больно сдавливая грудь, но у него ничего не получается…

Игнат собрал все силы, напряг мышцы, не чувствуя их… и зрение восстановилось.

Он лежал на гладком полу длинного тоннеля, по стенам которого бегали змейки тусклого оранжевого света. Скосил глаза, увидел округлый заиндевелый бок «мустанга» и вспомнил, где находится. Рывком сел, едва не потеряв сознание от нахлынувшей слабости. Рядом лежала Зари-ма, с другой стороны кибера — Шоммер. Игнат с трудом поднялся на ноги, все еще «насыщенный водой слабости», подошел к полюсидке, но она тут же зашевелилась и приподняла голову.

— Болит… везде… как будто по мне нагирус потоптался…

Игнат подал ей руку, помог подняться.

— Это называется «бросок на «струну» в нештатном режиме». Ничего, все пройдет, главное, что «червивое» метро функционирует.

— Знать бы, куда оно нас занесло, — раздался ворчливый голос ксенолога. — Шоммер подтянул под себя руки, сел, потом встал. — Такое впечатление, что меня пропустили через соковыжималку.

— А что, есть шансы? — прищурился Игнат.

— Почему нет? Если Черви побывали на Луне, то они вполне могли навещать Землю.

— По-моему, ни одна археологическая экспедиция не находила следов пребывания Червей на Земле.

— С тех пор прошел миллион лет, материки разбежались, по Земле прокатилось не одно оледенение, да и вулканы резко изменили ландшафт материков. Плохо, если «червивый» терминал попал под извержение и накрыт теперь километровой толщей застывшей лавы.

— Я просто рассуждаю. Но скорее всего мы не на Земле. Здесь другая гравитация, чувствуете?

— Легко… — призналась Зари-ма стеснительно.

— Почти как на Венере.

— Значит, мы на Венере?

— Не знаю, — рассердился Шоммер. — Не уверен. Надо выйти.

Игнат подозвал «мустанг», направился к ближайшему торцу тоннеля, представлявшего собой камеру метро. Однако выход открываться не спешил. Диафрагма люка осталась на месте.

Шоммер подошел к ней вплотную, стукнул кулаком по гладкой поверхности:

— Вот зараза! Похоже, этот драндулет окончательно пришел в негодность. Хорошо еще, что он не сломался во время таймфагирования, не то нас можно было бы собирать по атомам по всей длине канала.

— Я не пугаю, а радуюсь. — Ксенолог повернулся к плите спиной, стукнул по ней пяткой. — Открывай, червивая твоя душа!

Люк не отреагировал.

— Отойди, будем пробивать дырку.