Все дьяволы здесь

– Моя бабушка была одной из тех, кого они убили. А «Лютеция», нужно отдать им должное, была очень открытой в том, что касается этого периода ее истории. Многие служащие отеля бежали, когда нацисты вошли в Париж…

– Так что им пришлось набирать новых.

– Oui. Может быть, тогда-то и появился ваш месье Горовиц. Тот факт, что он немец, улучшал его шансы в абвере, но мог вызвать подозрение среди других служащих. Часть определенно сотрудничала с Сопротивлением, но другие были коллаборантами. А какая-то часть старалась не высовываться и выживать.

Трудные были времена.

– Мягко говоря. Было очень легко испортить кому-нибудь репутацию, предъявить ложные обвинения.

Мадам Ленуар кивнула:

– Многие казни после освобождения были актом возмездия, но не за работу с нацистами. Некоторые люди пользовались ситуацией, чтобы свести счеты с теми, кто им просто не нравился, или с теми, кто, как им казалось, обманул их. Или с теми, на чью собственность они положили глаз. Частные вендетты. Сотни были расстреляны или повешены без всякого суда.

Позже предпринимались серьезные попытки вернуться назад и отделить семена от плевел. Но это непросто. Документы были уничтожены. Архивы после войны находились в ужасном состоянии. Там похозяйничали нацисты, они сжигали все, что противоречило их мировоззрению. Мы потеряли бессчетное количество документов, восстановить которые невозможно. Например, нацисты говорили о превосходстве арийской расы. У нас имелось множество документов, доказывающих, что это не так. Что это выдумка, миф, созданный много веков назад и воскрешенный нацистами.

– И они уничтожили все, что это доказывало?

– Во всяком случае, пытались. К счастью, те, кого они послали сделать это, были не семи пядей во лбу. Часть документов сохранилась. Хотя, если говорить откровенно, не только немцы занимались уничтожением и переписыванием. Союзники тоже постарались – многие свидетельства были упрятаны очень далеко или даже уничтожены. Бывшие нацисты требовались союзникам для собственных программ. Как иначе американцам удалось бы побывать на Луне?

Рейн-Мари покачала головой.

Как библиотекарь и архивариус, она знала, что история не просто пишется победителями. Сначала ее нужно стереть и переписать. Заменить неприятные моменты мифами, восхваляющими победителей.

– Если Стивен работал на Сопротивление, – сказала Рейн-Мари, – то разве он не стал бы делать вид, что дружит с офицерами абвера? Разве эта дружба не была наилучшим способом получения необходимой ему информации?

– Да.