Выбор для Анны

В конце концов леди Ирдэлла махнула рукой на угрюмость племянников и, углядев на полке музыкальную шкатулку, попросила лакея завести ее и залюбовалась огнем под незатейливую мелодию старой безделушки. Вардэн вновь подошел к окну, пытаясь мысленно дотянуться до Анны. Помнится, ему говорили, что ведьмы чуют, когда про них говорят и даже думают.

Звук колокольчиков внезапно изменился, потом прервался – шкатулка с противным звоном полетела на пол, а из дыры в обивке в комнату протиснулась крыса! Леди Марч испуганно вскрикнула, подбирая юбки:

– Вардэн! – в панике воскликнула она, призывая племянника вызвать слугу, чтобы убрать испугавшее её животное из нарядной, как бонбоньерка, комнаты.

Герцог потянулся к сонетке, собираясь вызвать слугу, чтобы собрать обломки шкатулки, но увидел, что крыса, с трудом припадая на стертые лапы, идет к нему. Грязная и мокрая, она вызывала только омерзение, но на ее спине чудом держалась какая-то невнятная тряпица с выжженными буквами, сплетающимися в слово «Анна».

Крыса ушла. Анна мысленно сопровождала ее до столицы, надеялась довести до особняка Хэвишшемов, но где-то в центре «поводок» оборвался. Дальнейший сон получился сумбурным и тревожным. Проснулась измученная девушка задолго до обычного времени появления старого слуги. Полежала, свыкаясь с ощущениями, потянулась, села, кутаясь в шаль, и не успела дотянуться до платья, как дверь в ее спальню вдруг распахнулась, впуская парочку бравых гвардейцев в черной форме:

– Леди Анна? – спросил один из них.

– Да, это я, – укрывшись одеялом до подбородка ответила девушка.

– Мы прибыли за Вами. У нас приказ сопроводить Вас во дворец!

Вспыхнувшая было радость (ее нашли!) сменилась смущением:

– Простите, сударь, мне нужно одеться.

Мужчины оглядели комнату без окна, с единственной дверью и вышли со словами:

– Просим поторопиться, миледи!

Анна со всей доступной ей скоростью оделась, обулась, стянула волосы в пучок и вышла в коридор. Рядом тотчас оказался мужчина в черном мундире, отовсюду слышались голоса, шум и треск.

Судя по всему, гвардейцы тщательно обыскивали старый дом. Девушку проводили в кабинет, в котором все уже было перевернуто, и оставили, попросив подождать сопровождения. Портрет Бринн валялся на полу в окружении сухих лепестков, жемчужин же не было ни одной. Что ж, видимо, гвардейцам очень мало платят. Анна подобрала рисунок, стряхнула с него осколки стекла и мусор, завернула в шарф и спрятала под плащ.