Зачем цветет лори

Ночь еще обнимала землю, только далеко на востоке небо уже посветлело, разгораясь новым днем. Оникс пробежала через двор, за конюшню, нашла неприметную дверь в стене и с опаской вышла. Но ничего не произошло. Аркана не было. Зато от снадобья Анакина кружилась голова, и к горлу подкатывала тошнота, но Оникс была согласна и на большие муки, лишь бы оказаться на свободе.

Она бежала по тропинке в скалах, с каждым шагом все дальше удаляясь от замка. Но в долину Оникс не пошла. Теперь она не доверяла даже целителю, который помог ей.

Она спустилась к морю и пошла по кромке воды, опасаясь, что ее будут искать с собаками, и надеясь сбить след. Море волновалось, лизало ей сапоги, окатывало ледяными брызгами, но девушка не обращала внимания на холод, хотя штаны уже почти промокли. Начинался прилив, а значит, темная вода полностью скроет ее следы, залижет песок языком волн, спрячет.

Через пару часов идти стало тяжело, здесь берег сплошь усыпали валуны и острые камни. А левее начался хвойный лес, и Оникс свернула туда, стараясь не сбавлять скорости и все глубже погружаясь в чащу.

Оникс тряхнула головой, отвлекаясь от воспоминаний детства. Тогда уроки Катрана казались игрой, а сейчас они могли спасти ей жизнь. Раяна внимательно рассматривала лесные ориентиры, обходила волчьи тропы и буреломы, в которых мог притаиться зверь. Шла быстро, но осторожно. Осенью хищники сытые, так что на человека без надобности не нападают, вокруг полно добычи помельче и поспокойнее.

Пару раз девушке казалось, что она слышит шум погони, и она падала в кусты, таилась, настороженно прислушиваясь.

И каждый раз убеждалась, что ей чудится. Она на ходу перекусила хлебом, выпила найденные в кустах яйца перепелки.

Раяна намеренно заходила в глубь леса, туда, откуда тянуло гнилью и топью, внимательно всматривалась в мох под ногами. Так и есть, через час сапог провалился по щиколотку в болото, и Оникс вскрикнула, хоть и ожидала этого. Она осторожно отошла, вытащила из котомки свою голубую ленту, зацепила за кустарник.

Вырвала из косы волосы и тоже оставила на ветвях. Прочертила палкой борозды во мху, разворошила траву, поломала ветви кустарника. А теперь предстояло самое сложное: пройти по краю болота, да так, чтобы не угодить в его чавкающее нутро по-настоящему…

Очень медленно, с кочки на кочку, Оникс обошла топь, снова натерла подошвы сапог припасенным листом кыжника, что сбивал со следа собак, и пошла на север, где по всем приметам должен быть подлесок.