Записки под партами

По пути сталкиваюсь с медсестрой, которую одолевал всю ночь с вопросами. Она при виде меня голову недовольно отворачивает, ясное дело, достал я ее уже.

— Простите, — обращаюсь к ней без всякого желания. — Там отцу девушки не хорошо, может врач его осмотрит?

— Что с ним? — Недовольно цокает она, закидывая руки в карманы белого халата.

— Не знаю, сердце полагаю, — пожимаю плечами, наливая воду в прозрачный стаканчик.

— Ну, так бери его под руку, и топайте в кардиологию, — недовольно выплевывает женщина. И зачем такие вообще идут в медицину.

Видно же, что не по нраву ей больные. Бесит. Что за отношение.

— Я вообще-то еще даже в палату к девушке не заходил, а вы…

— И не зайдете пока, — натягивает противную улыбку мадам в возрасте. — Сейчас ей капельницу будут ставить. Итак, затянули с этими посещениями.

— Да ну вы серьезно? — Вздыхаю обреченно. Что за жесть вообще творится. У меня ж все нервные клетки разорвутся, пока я дождусь возможности увидеть Тасю. Твою мать. Пытка какая-то.

— Молодой человек, — рычит медсестра, — тут больница вообще-то, а не отель для любовных утех.

Вот выпишут вашу благоверную, будете придаваться своим ласкам. А здесь мы лечением занимаемся.

— А у вас, судя по всему, видимо полное отсутствие этих самых любовных утех, — огрызаюсь и отворачиваюсь. Она что-то фыркает в ответ, но, если честно мне наплевать. Придется ждать еще не меньше часа, ну что за несправедливость. Хотя бы глазком увидеть, да уже бы отпустило. С другой стороны, вряд ли бы меня оттащили от ее кровати, так что, пожалуй, пусть ставят спокойно себе капельницу.

Возвращаюсь к отцу Таси, протягиваю ему стакан с водой, и он моментально его осушает. Благодарит, вежливый оказывается, а затем снова пытается подняться, но выходит не очень. В итоге следую совету медсестры и настаиваю на том, чтобы пойти в отделение кардиологии. Мужик отнекивается, как дите малое, ей Богу. Приходится надавить моральными фразочками и сдается.

Сколько пришлось просидеть в этих гребанных очередях, одному Богу известно.

Я проклял все: от самого похода к доктору, до всей нашей медицинской бюрократии. Человек сдохнет раньше, чем его примут и осмотрят. И отец тоже правильный такой, запретил мне заплатить, чтобы ускорить процесс. Типа для чего отчисления идут, пусть радуются и этому. В итоге я выпроводил мужика из белых стен, когда почти стемнело. Чувствовал себя настолько паршиво, что и описать невозможно. За весь день стакан воды выпил и ничего больше.