Сага была одной из немногих отсутствующих сегодня. Но она, избранница Люцифера, Королева Черных Залов, конечно же, не могла прийти.
— И вот Сага осталась одна. Я отправился с ней в Гростенсхольм и помог освободить усадьбу от серых человечков и устроить все на Линде-аллее. Род начал процветать. Потом Вильяр и Белинда уехали туда, куда им предназначала судьба, оставив Сагу с сыном. Тогда нам пришлось нелегко. Небось не забыл еще, Хеннинг? Я помогал вам изо всех сил, но маленькому корню было совсем нелегко справиться со всеми сложностями.
— Ты делал что мог, был нашей единственной опорой и поддержкой в те нелегкие месяцы. Надо сказать, Сага часто тебя вспоминала, — взволнованно отвечал Хеннинг.
— Спасибо тебе на добром слове, Хеннинг! В тот вечер, когда у Саги родились близнецы, Марко и Ульвар, я был занят выполнением одного очень важного поручения. Я встретился с одним из черных ангелов — тем, кто когда-то был светлым ангелом в Эдеме, но решил последовать в изгнание вместе с Люцифером. Они-то и отдали меня тебе, Хеннинг.
Ты должен был заменить Сагу на ее месте, стать избранником после окончания земной жизни Саги. Ангелы еще раз заверили меня, что Сатана не забыл о своем обещании щедро вознаградить меня, когда придет время. Я так ни разу и не поинтересовался в чем, собственно, оно будет состоять. Я не ожидаю никакой платы за услуги роду, к которому так крепко привязался. Для меня радость служить вам.
Мне было хорошо с тобой, Хеннинг. Ты вел себя как настоящий мужчина. Потом нам стала помогать чудесная Малин.
То, что она сделала для трех малюток, переоценить невозможно.
— Ну что вы, — покраснела довольная Малин."
"— Ничто не могло спасти Ульвара. Путь его был определен с самого рождения. Я оставался у Хеннинга до тех пор, пока он не передал меня своей дочери Бенедикте. Она до сих пор жива. Вот мы и добрались до сегодняшнего дня…
Руне улыбнулся Бенедикте. Пожилая женщина была прекрасна в своем самом лучшем выходном платье. Так, во всяком случае, считал Габриель. Недалекие люди могли бы назвать ее пугалом или посмешищем; разве могли они понять каким прекрасным человеком была Бенедикта!
— Но у Фергеусета мне пришлось нелегко.
А все из-за тебя, Бенедикта! Помнишь, когда ты стала защищаться мной от нападавшего привидения — паромщика, языческого священника. Должен сказать, то было одним из самых тяжких испытаний. Не считая разве что той встречи с привидением у лесного озера Варгаби. Нет ничего сложнее, как отправить такое привидение восвояси.
