Ярослава тяжело вздохнула и запрокинула голову, прикрыв глаза.
— Доброй ночи, — поздоровалась пришедшая со всеми. — Я нужна? — уточнила у мамы, протянув ей принесённое.
— Пока не знаю, — отстранённо отозвался та, сгибая ноги тёти в коленях. — Воды отошли, схватки идут, а вот раскрытия нет. Давай её пока переоденем, — дополнила, нахмурившись.
— Я принесу сорочку, — кивнула рыжая, улыбнулась мне и направилась за названным.
Не было её пару минут. Всё это время в палате стояла тишина, разбавляемая редкими стонами роженицы.
Я молчала, потому что просто не знала, что сказать. И вообще не понимала, зачем продолжаю здесь стоять и не ухожу. Остро захотелось взять испытывающую боль девушку за руку, чтобы облегчить её страдания. Желание оказалось настолько велико, что я так и сделала. Хотя то вряд ли ей особо помогло.
— Всё не так плохо, как выглядит, — заметила Ярослава с немного усталой улыбкой. — Ну, по крайней мере, предыдущие пять раз было точно попроще, — то ли пошутила так неудачно, то ли попыталась успокоить меня.
— Пять? — откровенно прифигела я. — И как ты только согласилась на такое количество детей?
Это ведь она сейчас шестой раз рожает, получалось.
Шестой!
Обалдеть.
— Согласилась? — переспросила сестра папы. — Вообще-то это было моё желание. Не Яна… Просто я его очень люблю.
На её лице расплылась тёплая ласковая улыбка. Правда, она исчезла довольно быстро, затмеваемая новым приступом боли.
Ничего я ей в общем не ответила. И расспрашивать ни о чём больше не стала.
Да и не смогла бы. Вернулась доктор и меня выгнали из родовой.
— Ну и? Долго ещё? — уточнил стоящий неподалёку Алекс."
"Пиджак он снял, кинув на спинку стоящего рядом кожаного дивана. Галстук валялся там же. Рубашка небрежно расстёгнута на три верхних пуговицы, а волосы взлохмачены. В руках он держал бутылку какого-то алкоголя. Где только нашёл посреди ночи?
— Что с тобой? — повторила я недавний вопрос мамы.
Как будто это он рожает, а не тётя.
— Да просто это всё… — махнул рукой в сторону комнаты, из которой то и дело доносились стоны и тихие переговоры.
— Не знаю. Переживаю, наверное, за эту истеричку, — вздохнул устало, присаживаясь на диван.
— Истеричку? — улыбнулась я на такое заявление, усевшись рядом с ним. — Ты же сам её провоцировал всю дорогу.
— Я не виноват, что она так смешно и ярко на всё реагирует, — ухмыльнулся с невинным видом Алекс. — Это ты ещё не видела, как я твою маму доставал, — добавил с мечтательным вздохом.
