Золото Югры
0 прочтений
Соль кончилась неделю назад. Терпели.
После обеда вся ватажная команда спустилась в прохладный трюм брига, подремать по обычаю. Макар и Хлыст привалились спинами к левому борту брига, лицом от солнца, сняли сапоги – охолонить ноги, тихо подремать.
Подремать не получилось. Всякие мысли лезли обеим в головы. И мысли не благостные.
– Всю амуницию, весь порох, все, что осталось от еды, все это поднимем на вон тот, высокий берег, – тихо толковал Макар. – Потом заведем бриг во-о-о-н в тот поворот, поставим корабль поперек реки, бросим оба якоря и прошибем в обшивке дыры.
– И мы тогда темной ноченькой, да с ножами пойдем на шхуну – помирать… Теперь я тебя понял, Макар. Лестное дело ты придумал! Главное – дело нам понятное!
– Один корабль мы, конечно, вырежем, – убежденно сказал Макар. – И начнем мы резню со второй шхуны. У нее на палубе пушки уже готовы к стрельбе. Этими пушками мы переднюю шхуну будем бить до самого, что ни на есть конца. Или нашего, или англов…
– Ружья на дело брать не надо, – убежденно сказал Хлыст.
У Хлыста был большой разбойный опыт резни на кораблях. Макар про ружья согласился.
– От ружей надобно снять багинеты и взять с собой, – подумавши, добавил он.
Немцы, коим в Риге не достался бриг и припасы на нем, придумали совать в дула своих тяжелых ружей штыки – багинеты. Штык, он в бою надежнее одного выстрела.
– Бывалый Сенька и Молодший Ерошка останутся на берегу, – сказал Макар.
– Молчи! – хрипанул Хлыст.
– … про нашу малую войну.
– Годится про войну. Конечно, про нашу войну пусть царю доложат, – Хлыст привстал, осмотрел из-за борта кусок земли между петлями реки, который предстояло пешком пройти ночью.
– Одиннадцать человек с ножами, да ночью, и не такой корабль возьмут на кровь. Только уговор – никого не жалеть.
– Годится, – согласился Макар. – Давай малость ухватим дремы.
Макар закрыл глаза, и сразу возникла Катарина. Вот она идет к нему по Москве-реке, тянет навстречу руки…
Макар открыл глаза.