Золото Югры
0 прочтений
Туда бежали два смешных низеньких человечка, одетые в меха, с шапками на головах. Уж конец июня, солнце иногда припекает, а у них – шапки!
Люди скрылись в лесу.
Молодший Ерошка по нужде вышел на палубу, увидел своих на обрыве берега.
– Дядя Макар, а ведь флаг… Спасителя нашего надо бы снять с мачты.
– Сымай, – согласился Макар.
Он, как и Хлыст, сел на край обрыва, свесив ноги прямо над бригом. Залезший на мачту Молодший Ерошка оказался прямо перед их лицами. Было до того тихо, что слышали храп ватажников в трюме.
Макар лег лицом верх, чтобы увидеть солнце. Темень почти отступила, но низкие тучи совершенно заслонили светило. Хлыст тоже лег на спину. Увидел, как быстро с севера бегут тучи, проговорил:
– Англам этот ветер на руку…
– Если им двигаться ночью да при добром рулевом, – ответил Макар. – Но ведь спят, поди, собаки…
И тут же услышал с мачты яростный крик Молодшего Ерошки:
Макар вскочил на ноги.
Все шесть пушек с ее левого борта грохнули разом.
Капитан Ричардсон, после удара головой о палубу путающий слова и пугающий матросов глазами, наполненными кровью, теперь двигался очень быстро. И больно бил тростью всякого, кто попадется.
Река Обь быстро мелела, последние вешние воды стекали в Северный океан. Океан послал навстречу последней холодной воде быстрый ледяной ветер, бивший в прямые паруса шхуны, и она неслась против течения вполне резво.
Когда солнце стало утолакивать свой диск за безлесый горизонт, боцман скомандовал матросам бросать якорь. Капитан Ричардсон ткнул боцмана Булта тростью в лицо, выбил ему левый глаз и отменил команду насчет якоря.
Матросы в трюме принялись молиться. Вахтенные без команды сообразили убрать верхний прямой парус, марсель, а нижний грот собрать до половины. Шли полным ветром только на косом, носовом парусе – и шли ходко. Благо река тут не имела крутых поворотов.
Под днищем шхуны иногда опасно скрипел песок, шхуна клевала кормой и носом, но тем и обходилось.