Золото Югры
0 прочтений
Пуля английского капитана свиркнула повыше левого плеча.
Пушки замолчали. Возле них закопошились сразу по три матроса. Что-то там случилось с пушками.
Макар навел ружье на англа и спустил собачку. Ружье бухнуло неожиданно громко, приклад ружья сильно толкнул Макара в ключицу. Англ подпрыгнул – шляпа слетела с головы за борт шхуны – и резнулся лицом вниз, о палубу.
Макара ударило в плечо, развернуло. Со шхуны пальнул еще один стрелок, с перевязанным левым глазом. Макар упал, тут же ощупал плечо. Плечо болело, но не кровавило.
Хлыст погрозил Макару кулаком и начал махать ладонью туда, вниз по течению. Со шхуны теперь били и пушки и ружья.
Макар пополз к Хлысту. Тот непонятно крикнул:
– Подбили под хоботы пушек клинья! Ходу отсюда, ходу!
Быстро вскочил, согнулся пополам и побежал в сторону, по берегу.
Макар отмахнулся, встал на одно колено, сыпанул в дуло ружья пороху и загнал кусок свинца – пулю. Над головой звонко зашелестело, и позади Старинова начала комками подскакивать земля.
Англы задрали вверх стволы пушек и били теперь по краю берега.
Макар согнулся навроде Хлыста и побежал в его сторону. Сзади него треснуло дерево, раздались злые крики англичан. Старинов обернулся на бегу, споткнулся о корень, хряснулся плашмя о землю. Бессильно матюгнулся.
По-над берегом, мимо него, стыдно лежащего, проплывало большое полотнище английского флага, привязанного к верхушке мачты.
К Макару подполз Хлыст:
– Англы, вон, поперли дальше, собаки… А ты ловко свалил ихнего капитана…
Макар еще полежал чутка, потом поднялся.
– Лучше бы пуля долетела, – сказал Макар, опустился на землю и стал бить кулаком по земле: – Дурак, дурак, дурак!
– Ватаман! Кончай злобу гнать в землю! Она тут при чем? – спросил голос сзади.
Это подошел сильно хромающий Бывалый Сенька, весь мокрый, весь в глине.
– Внизу ворочается Молодший Ерошка. Пошли его вытащим.
Ерошку вытащили на веревках. Он сильно ударился о берег и только стонал. Вокруг него до половины намотался стяг с ликом Спасителя.
– Гли-кось! Не сам намотался стяг, а Ерошка его так намотал. Спасал, значит! – прокряхтел Бывалый Сенька.