Зултурган — трава степная

В ранние годы девочки помогали матерям по дому, учились у старших вести хозяйство. А когда дочь взрослела и становилась невестой, для нее ставили отдельную кровать с правой стороны кибитки и освобождали от тяжелых работ. Терпеливо обучали ремеслу кроить и шить, разноцветными нитками наводить узоры на полотне, стряпать. Но усваивали эти премудрости будущие хозяйки по-разному: многое ведь зависело от прилежания, сноровки, ума, да и от самих родителей тоже. В одной семье горазды были и ковер выткать, и красиво верхнюю одежду сшить, расписать цветами или орнаментом обувь… А другие обходились как-нибудь, что тоже усваивала будущая хозяйка дома.

Сяяхлю вряд ли можно было отнести к ловким рукодельницам. Ее больше привлекали мужские занятия. Девушка удалась веселой нравом, острой на язык и шаловливой. Никого из парней она к себе не приближала. Если кому-нибудь и удавалось заговорить с ней, то живо одергивала смельчака резким словом, вгоняла в краску и осыпала насмешками. Так обращалась она со своими. О чем же собирался говорить с такой недотрогой заезжий парень из другого аймака!

Приехав вместе с Нармой, Пюрвя остановился у гаги.

А вечером, не без помощи самой гаги, очень любившей племянника, у нее собралась молодежь. Парни и девушки пришли нарядно одетыми. Если у кого не оказывалось своей праздничной одежды, в таких случаях не считалось зазорным что-то одолжить у друзей. Так было и на этот раз.

Однако вечер в разгаре, а Сяяхля все не появлялась. Нарма приуныл: «Зря приехал…» И вдруг, легко ступая, в замшевых сапожках вошла в круг ровесников Сяяхля. Длинное зеленое платье ладно облегало ее стройную фигуру. Все сразу смолкли, и лица озарились улыбками. Юноши встали как по команде, уступая место припоздавшей гостье.

Нарма был потрясен ее красотой. На какое-то время Сяяхля потерялась среди подружек, чьи-то широкие плечи заслонили ее от Нармы, но он уже не видел, а чувствовал, где она теперь, и не мог отвести взгляда.

Нарма танцевал хорошо, а здесь словно держал испытание на удаль. Затейливые танцы: мошкур, мольджур, чичирдык, ишкимдык — один сменялся другим, но его не выпускали из круга, откровенно восхищаясь его необычными коленцами.

— Сяяхля, выходи в круг! Сяяхля, выручай наш хотон! — раздались шутливые возгласы.