Зултурган — трава степная

И тут в середине круга появилась Сяяхля. Она была одета уже в другое платье — белое, с тонким узором по предплечью и подолу. Тихо и плавно обошла неширокий пятачок. Нарме казалось, что она не танцует, а как бы парит под музыку домбры. Так покачиваются тонкие камышинки под набегом волн, когда озеро едва колышется под дуновением ветерка. Ничего такого особенного и не выделывала она, но каждое движение рук, поворот головы, нежная улыбка казались парню исполненными глубокого смысла.

Четыре раза ровесники вызывали в круг Нарму и столько же раз Сяяхлю.

Это был их вечер, они были здесь князем и княгиней. Все радовались этому редкому зрелищу, как дети. Кто знает, может, у иного за всю жизнь не повторится больше такого яркого праздника молодости и красоты, каким сделали для юных орсудцев Сяяхля и Нарма, этот теплый весенний вечер.

Время перевалило за полночь. Гостям и собравшимся на посиделки однохотонцам подали чай. После такого угощения веселье полагалось продолжить.

— Ура! — завопили те, кому эта мысль пришлась по душе.

Нарма заметил: с Сяяхлей никто здесь не спорил. В восторженных взглядах сверстников и подружек она купалась, словно рыбка в прозрачной водице.

Горяча у молодых людей кровь! Юность не знает устали, как птица в полете. Всю ночь пляска, игрища, хороводы, а на заре — и об этом все они помнят! — с тяжелым подойником от буренки к буренке. Молодым все нипочем! Зови домбра в круг на другой вечер — слетаются такие же румянощекие и свежие. И энергии хватит не только на два затяжных вечера! И сил вроде как прибавится — не убавится! Уставшая от шума-грома гага уже пузыри пускает во сне в подушку, а юные гости ее на улице все начинают сначала!

Выбегают с мячом в степь, разбиваются на две группы.

Один из вожаков, когда все встанут по своим местам, сильно бросает мяч и подает сигнал к началу. И тут первый, кому достался мяч, должен действовать изворотливо и осмотрительно, чтобы пронести цаган-модн в стан своих. А соперники стремятся во что бы то ни стало отобрать мяч. Невелик тот мяч, а крику и хохоту вокруг него, веселой возни, озорства хватает на всех, — и для того, кто бегает, и кто наблюдает за игрой. Здесь молодежь не только испытывает силенки, но и развивает сноровку, потому что играют в мяч пареньки и девушки разных возрастов, иной раз с разницей в два-три года.

Мяч мячом, но вот парень с победным криком устремляется за верткой, быстроногой девушкой и, отдалившись от остальных, успевает ей что-то шепнуть.