Зултурган — трава степная

Ох, как неловко бедняку, когда в гости к нему завернет знатный, известный всей округе человек! Хембя с женой могли остановиться у более состоятельных людей, но им хотелось увидеть Сяяхлю.

Не зря сказано: если повстречаются два калмыка и поговорят в охотку, почти всегда выяснится, что они родственники… Какая-нибудь да кровная связь между ними отыщется при доверительном разговоре!

Хембя начал перебирать в памяти всех родственников до седьмого колена и вскоре отыскал ту ниточку, что связывала предков зайсана с родней отца Сяяхли.

— Мы едем в Дунд-хурул на молебен. Отмахали уже немалый путь, решили дать лошадям отдых, да и самим отлежаться… Вот и вспомнили о вашей кибитке, — сказал умиротворенно Хембя, когда Сяяхля поднесла гостям трубки с табаком и засобиралась на улицу, чтобы приготовить гостям чай.

— Мы так рады с отцом! — отозвалась с поклоном Сяяхля. — Переночуйте и погостите у нас.

Нядвид только воздевал руки в смущении и не находил себе места. Все ему казалось здесь тесным, скудным, обтрепанным.

«Даже овцы нет, чтобы зарезать гостям! — сокрушался старик. — С другой стороны подумать: неспроста зайсан избрал для ночлега наш убогий джолум… Не накликали ли мы беду на себя?»

— Двоюродная сестра вашего отца была замужем за моим дядей по матери, — любезно напомнил зайсан.

— Как же! — соглашался старик. — Когда я был совсем малышом, вместе с отцом ездили к тому самому дяде… Выходит: мы самые настоящие сватья!

— О том же и я толкую! — поддакивал зайсан.

Хембя в задумчивости кивал головой, с удовольствием вытягивая ноги, освобожденные от тесной дорожной обуви.

Хозяин кибитки тоже думал о своем: «Когда ты, Хембя, затеял драку у колодца, не вспомнил, что твои холуи колотят родственников! Я ведь тогда тоже недосчитался двух ребер… Хирею после того случая».

У старика была небольшая кибитка, умело залатанная во многих местах. Внутри все прибрано, посуда оттерта песочком и золой до блеска, словно в кастрюлях никогда не готовили. Кровати ровненькие, на подушках покрывальца из легких кружев.

Ловкой, ладной в работе и очень приветливой показалась Хембе и Байчхе юная хозяйка. Зайсанша не переставала удивляться: девушка никуда не выезжала из степи, ничего не видела, кроме своего убогого джолума, и откуда-то научилась так держать себя на людях, как не сумеют многие дочери нойонов, воспитанные гувернантками.

Между тем хозяин кибитки, пока готовился чай, с волнением размышлял о целях приезда столь именитых гостей.