Зултурган — трава степная

Еще три дня тому назад он был готов на все и, наверное, уговаривал бы Сяяхлю на околице Орсуда уехать с ним. Что-то надломилось в нем, в голову ползли предательские мысли.

— Это не выход, Сяяхля… Они разыщут нас и на хуторах.

— О, да, наверное! — не унималась Сяяхля. — Они нас найдут через неделю, через три дня, через день! Но этот день будет нашим, Нарма! И, может, он станет для нас спасительным! Или хотя бы будем помнить о нем всю жизнь!.. Подари мне этот день, Нарма! Бог создал нас друг для друга! Неужели мы откажемся от своего счастья, пока свободны?

Она приблизила свое лицо к его лицу, сказав неожиданно:

— Я готова умереть вместе с тобой! А ты?

— О, что ты говоришь, Сяяхля! — ужаснулся Нарма, схватившись за сердце.

 — Бог создал нас друг для друга… Но после отказался от нас с тобой… Я три дня и три ночи взывал к всевышнему, однако не только бог, а никто из хотонцев не заглянул в конуру, чтобы развязать мне затекшие руки… Если я сделаю, как ты просишь, ты будешь самая несчастная женщина на свете. Тебя проклянет умирающий отец, твоим именем станут пугать всех детей в хотоне.

По мере того, как Нарма произносил эти слова, глаза Сяяхли расширялись, будто она видела перед собой нечто ужасное или только сейчас наконец поняла, узнала действительного Нарму.

— Ты рассуждаешь так, будто речь идет не о нас с тобой! Нарма! Да любишь ли ты меня? Или ты обворожил меня тогда красивыми словами, чтобы насладиться моей девичьей доверчивостью и спокойно отдать в руки кому угодно? Ну, скажи же, Нарма, хоть одно из тех слов, на которые ты был так щедр всегда!.

. Да удержи же ты меня, или я сделаю с собой сама не знаю что! Ведь ни одна душа под этим небом не ждет меня, чтобы помочь, спасти, укрыть от самого страшного позора, когда меня, девушку, заставят лечь в постель с полумертвецом!.. Скажи, Нарма, я жду…

Через минуту вечерняя мгла поглотила и коня и всадника, с рыданием припавшего к шее скакуна.

Весна в том году пришла рано. Но зеленый покров степи держался до середины второго летнего месяца.

Прежде к этой поре вокруг худука не оставалось ни травинки, земля была выбита копытами животных до нижнего слоя. В двух шагах от продолговатого выщербленного желоба поднялась тонкоствольная овсяница, опушились метелки ковыля, взметнулась рослая полынь, зазеленел сочный зултурган. Столько теплых дождей прошло в мае и июне! Вчера над степью прокатилась гроза. Дождь лил целую ночь, перестал под утро, на восходе солнца.