Зултурган — трава степная

Притеснения были, и сейчас их можно встретить бессчетно. Не зря тогдашние калмыки говорили с горечью: «Лунь вырвался из пасти дракона, да попал в когти двуглавого орла».

Бергяс хотя и не все понимал, сказанное по-русски, последнюю фразу понял. Догадался он по невеселой интонации в голосе учителя о том, что толмач осуждает притеснителей. Каких? Прежних, времен крамольного хана Убуши или, может, говорит о нынешнем недовольстве табунщиков? Их сколько угодно! Только дай распустить язык!

— О чем ты так долго говоришь ему? — требовательно спросил Бергяс учителя.

 — Не забывай, что перед тобой приезжий человек! Бог знает, что у него на уме. Не ровен час, еще поймет, что мы все тут только и делаем, что осуждаем представителей власти. Кто дал нам такое право? Ты ведь и сам, Араши, знаешь: везде люди живут по-разному. Бедствует дурак или бражник по натуре, кому дело не дается в руки… Таких сколько хочешь и среди калмыков и среди русских.

Араши на всякий случай заверил Бергяса, что здесь, у его кибитки, не прозвучало ни одного слова в осуждение нынешних властей.

А неверного хана Убуши ругают до сих пор в любом джолуме, чьи корни разрушены уводом в безвестность тридцати тысяч предков…

Бергяс не принял заверений учителя. Лицо его отразило беспокойство, напряжение мысли, решимость. «Вдруг завтра о нашей болтовне здесь узнает попечитель? А знает эта хитрая бестия много! Не только знает, но и докладывает губернатору! За мои хлеб-соль я же и получу выволочку… Нет, дальше продолжать этот непонятный разговор нельзя».

С наигранной веселостью он обратился к собеседникам:

— Дорогие гости! Близок рассвет, давайте нальем по последней и спать. Завтра гал тяялгн по покойному Нохашку. Надеюсь, вы не забыли об этом?

Почтенные старики, а с ними сомлевший джангарчи, пошли вслед за Бергясом к кибитке, будто все заждались его команды.

Борис тоже запросился на отдых, но Вадим продолжал бы разговор с этим толковым учителем до рассвета.

Вадим готов был расспрашивать еще и еще, но учитель, ответив скороговоркой на последний его вопрос и откланявшись, поспешно догнал джангарчи и бережно взял падающего от усталости старика под руку. Они заговорили по-калмыцки.

Настал третий день гостевания Вадима и Бориса в хотоне. Пробудившись, парни почувствовали вокруг звенящую тишину. Это поражающий воображение покой и слитность с природой могут понять лишь те, кто родился и вырос в степи.