Корона жигана

Первый этаж был оборудован местными властями под пивную, куда после трудового дня заскакивал рабочий люд. Наверху разместилась недорогая маленькая гостиница, где находили приют какие-то приезжие да лапотники, оставившие земельный надел ради городской доли.

Перед налетом решено было собраться именно здесь. Во-первых, дом был в глубине двора, а во-вторых, имел три выхода, — в случае опасности можно было легко затеряться в массе народа, беспрестанно атаковавшего пивную. Два дня назад в гостинице побывала Елизавета Михайловна, вернувшись, сказала, что лучшего места для сходняка и не отыскать.

Она даже призналась, что в родной Хитровке не чувствовала себя более свободно, чем среди разухабистого рабочего люда. Игнат Сарычев увидел на ее груди рубиновое ожерелье. В описи похищенных вещей оно значилось под номером тридцать три Месяца полтора назад у нэпмана Апраксина пропала старшая дочь. В тот вечер на ней было именно такое украшение. Девушку так и не нашли, но вот ожерелье выплыло на свет. Значит, к преступлению причастен кто-то из постоянных клиентов Елизаветы. Придет время, расспросим!

Игнат переселился в эту гостиницу накануне. За пару часов до сходняка к нему заскочил хмурый Макей. По его злому прищуренному взгляду было заметно, что недавнюю их ссору он не позабыл и продолжает таскать за душой тяжеленный булыжник.

Небрежно поинтересовавшись золотыми вещичками, молодой жиган процедил сквозь зубы, что с питерского положен щедрый магарыч и пусть водки не жалеет, таков порядок, иначе удачи не видать.

Игнат Сарычев усмехнулся, заметив, что деньги не печатает. Макей, не замечая рассерженного взгляда питерского, безмятежно продолжал.

— А ты, Хрящ, про зажигалку с часиками позабыл, — с расстановкой чеканил жиган каждое слово, — заложи их у мадам Трегубовой — вот на них и возьми всякой «хавки». А после дела Кирьян у нее побрякушки выкупит. — Брови Хряща нервно дернулись, но он сдержался. А Макей продолжал веселиться: — Она тебе не откажет, у вас ведь дружба, сполна копеек отсыплет!

Игнат сумел даже выжать нечто похожее на улыбку, а когда Макей со смехом покинул его номер, он с размаху швырнул пепельницу в стену, осыпав окурками несвежее покрывало.

После этого он подошел к окну и увидел, что Макей пришел в сопровождении двух жиганов, таких же разухабистых и смешливых, как он сам. Они остановили пролетку и отбыли. Странно, куда это они покатили, ведь до начала схода оставалось совсем немного времени.