Крестьянка в наказание

Открыв рот, смотрела на нависающие над головой высоченные стены, на мощёную мостовую, по которой бодро стучали копыта и гремели повозки. Вдоль улиц стояли роскошные дома. У нас в деревне о таких и не мечтали! Дома всё из камня, самое меньшее в два этажа. На окнах кружевные занавески, ими я больше всего заинтересовалась. Интересно, дорого стоят? Вот бы сплести…

Рулана заметила мой интерес и посмеялась. Оказывается, такие дивные кружева плетут на специальных машинах. Мне стало даже стыдно за своё рукоделие. Вот, надеялась заработать немного.

Матушка сказала — если хорошо расторгуюсь, можно ткани на ещё одно платье купить. Но, если уж машинами такую красоту делают…

Огорчаться долго времени не оказалось. Попетляв боковыми улицами, миновав центральную, по ней двигались господские повозки, мы выехали на торговую площадь.

От волнения аж сердце захолонуло! Толпы людей, раскладывавших товар, грозные стражники, ругающие всех подряд, красивые девицы и строгие мужики… Запахи и шум толпы окружили и ошарашили, не сразу поняла — повозка остановилась, а батюшка ругается, на чём свет стоит.

Оказывается, он уже два раза приказал мне спускаться с повозки да раскладывать в уголке свои работы. А я, с перепугу, ничего не слышу и не вижу.

Рулана смеялась во весь голос. И не стыдно ей? Неприлично девице этак хохотать. Но об этом я после подумаю. Да и попробуй сейчас замечание сделай! Знаю чем обернётся — никакого похода в большой городской храм и прогулки по широким городским торговым улицам… Нет уж, пожалуй, промолчу.

Тем более, батюшка молчит, не одёргивает горластую. Кто его знает, может здесь, в городе, так принято…

Тем временем, пока все эти мысли мельтешили в голове, руки быстро работали. Мы с Руланой раскладывали товар, который батюшка сноровисто снимал с повозки и придвигал поближе к выкупленному на два дня прилавку.

Сестрица уже не раз бывала на торгах и знала, как выгоднее разложиться. Да и голос у неё громкий, пронзительный, легко перекрывавший голоса других торговок.

Я покорно пристроила своё рукоделие на уголке прилавка и смирно встала рядом. Батюшка увёл коняжку с повозкой в сторону и занялся обиходом животины. Не его это дело торговлей заниматься, разве только появится оптовый заказчик. Тогда девкам невместно по рукам бить.

Заливисто кричали торговки, расхваливая свой товар. Мимо сновали и крестьяне, спешившие прицениться к товару, и городские — в основном прислуга, но иногда мелькали даже люди похожие на господ.