Он не просил вас о таком?
— Нет.
— Тогда что? — Уваров вновь обращается к Северу. — Крутой секс? Задолбался трахать однодневок и решил завести постоянную девчонку?
— Что будет, когда я передам активы?
Уваров задумывается на мгновение, а потом поднимается на ноги. Я впервые замечаю, что под его пиджаком есть оружие. Полы раскрываются, и я вижу кожаную наплечную кобуру.
— Твоему брату разрешили выйти, — бросает Уваров с пренебрежением. — Он выполнил свою часть сделки, и на него закрыли глаза. Я разрешу тебе свалить к нему… где он засел, в Грузии? … если ты не доставишь мне проблем.
Я хочу закрыть твое дело и забыть о твоем существовании навсегда, как ластиком стереть к чертовой матери.
— Тогда мне нужен телефон.
— Будешь звонить брату?
— Брату?
Север так органично удивляется, что даже я на мгновение верю ему.
— Мои люди перехватили его заказ чартера. Не кривляйся, Север, я в курсе, что он помогает тебе.
Уваров отдает сигнал одному из своих людей, тот отлучается в коридор и возвращается с аптечкой в руках.
Он бросает ее мне на колени и смотрит так, словно я лично его предала, связавшись с плохим парнем.
— Девушка может уехать? — подает голос Север. — Ей незачем торчать в холодном ангаре… вообще участвовать в нашей сделке.
— Нет, девушка уже участвует.
— Что это значит? — Север скрежещет железными интонациями.
Я поспешно обхватываю ладонью его плечо, чтобы он не натворил глупостей.
Мужчина уходит в сторону, проигнорировав вопрос Севера.
Вскоре они все покидают комнату, Уваров вместе с охранниками ныряет в дверной проем и исчезает из поля зрения. Только скрипит замок напоследок.
— Север, — я зачем-то зову его и сжимаю аптечку, которую мне бросили. — Ты как?
— Не беспокойся за меня. Тут пара царапин, только выглядит херово.
Он подтягивается ближе ко мне и сцепляет зубы. Черт, ему все-таки больно…
— Что за старая травма?
Я сжимаю его запястье, чтобы он перестал шевелиться. Куда он всё рвется? Ему бы отдохнуть хоть пару мгновений и прийти в себя после драки, которая больше напоминала избиение.
Хотя он отлично держится и, если бы не кровь на лице, можно было поверить, что он действительно отделался легкими царапинами.
— Ты рассказывал, что был в инвалидном кресле. Это, да?
Я нервно сглатываю и перевожу взгляд на аптечку, чтобы не расплакаться. Это не просто старая травма, а очень серьезная и опасная. И я ведь видела с какой жестокостью охранник пнул его.
