Возле наших ног потихоньку шелестело Средиземное море, над головами покрикивали чайки, катящееся к закату солнце грело кожу. Великолепный вечер для того, чтобы на какое-то время попрощаться с этим чудесным местом.
Раздевшись, я потянул Милану за руку и заставил встать на колени. Прижал к себе спиной и накрыл её груди ладонями. Её затвердевшие соски тут же упёрлись мне в кожу. Для меня… она только для меня. Стиснул груди сильнее, смял, впиваясь губами в жаркую от солнца кожу её плеч.
Заведя руки назад, она обхватила меня за шею, откинулась мне на плечо. Я опустил ладонь ей на живот, расстегнул её шорты и махом спустил их вместе с тоненькими трусиками. Бёдра её тоже были тёплыми, упругими, как и всё тело, и мне немедленно захотелось нагнуть её, вогнать в неё себя. Но я не спешил. Как самый настоящий гурман, растягивал удовольствие — терпкое, ни с чем не сравнимое и ничем не прикрытое. Найдя влажные складочки её плоти, раздвинул их и проник внутрь сразу двумя пальцами.
Узкая и всё ещё такая же тугая, словно в первый раз.
— М-м-м… — не удержался я от низкого гортанного рыка, когда она шумно и тяжело задышала. Чуть развёл пальцы в стороны, провернул в ней и резко вогнал до самого упора. Милана дёрнулась, вскрикнула, ухватилась за моё запястье. Качнулась, уже сама насаживаясь на мою руку, и я принялся трахать её. Уже через несколько секунд её влага капелькой скатилась мне на ладонь… Мокрая. Положив другую руку ей на живот, я поднёс пальцы к носу и с удовольствием втянул её запах, лизнул и провёл по её губам.
— Ты такая вкусная… — прохрипел я ей на ушко. — Даже не представляешь, какая ты вкусная.
— Вандор! — всхлипнула она не то смущённо, не то не в силах совладать с собой.
Я усмехнулся. Снова коснулся её плоти и, собрав влагу, провёл меж ягодицами. Раздвинул и, найдя сладкую дырочку, аккуратно ввёл в неё один палец. Милана тут же застыла, напряглась, словно ожидая, что я сделаю ей больно.
Как тогда, в первый раз. Но повторять подобного я не собирался. Больше никогда.
— Не бойся, — покусывая её мочку, успокоил я. — Я не сделаю тебе больно. Обещаю.
Тело её расслабилось, но всё ещё оставалось скованным. Я принялся аккуратно гладить её изнутри. Анус её туго обтягивал меня, и от этого ощущения кровь в венах буквально бурлила. Член болезненно пульсировал, кровь билась висках, язык прилип к нёбу.
