Первым порывом было просто послать его. Но. История с Крошем научила одному – сначала думаешь, а потом истеришь. На моё пособие я бы не потянула. Вообще никак. Садиться на шею маме, тоже был не вариант. Пришлось душить свою гордость и терпеть год, пока не смогла выйти на работу.
За год сидения дома, осознала многое. Несмотря на свою браваду, долго терзалась чувством вины. Перед всеми, но в первую очередь перед детьми. Смотреть как Анютка тосковала по отцу, было невыносимо. Он же теперь и не звонил вовсе, все контакты осуществлялись через свекровь, смотрящую на меня волком.
Когда она приезжала за внучкой, я даже в коридоре не показывалась, оставляя все переговоры на маму.
Ситуация была настолько абсурдной, что с каждым днём всё больше и больше походила на плохой анекдот. Особенно, когда Аня, не понимающе спросила, можно ли Кроша обратно на папу обменять. Нельзя. Именно тогда я себе поклялась, что сделаю всё, что в моих силах, чтобы компенсировать детям всё то, чего мы с Измайловым их лишили.
И если я не могла дать им отца, то… могла выложиться во всём остальном.
Когда Крошу исполнился год, я вышла на работу. В кафе возвращаться не было никакого резона. Не по деньгам, не по графику работы. Пошла всё тем же официантом в ночной клуб. Мама сидела с мелкими дома, давая мне возможность пахать по ночам. У нас с ней порой всё напряжённого, с треском и непониманием, но я ей всегда буду благодарна за всё, что она сделала для нас. Братьев, меня, моих детей. Наверное, она как никто другой знала, что значит всё на себе тащить.
Пахала на две ставки сразу, практически забыв, что такое сон. Хватило меня на год. После того как проснулась однажды в автобусе на конечке, поняв, что проспала всё к херам собачьим. Вот тогда и разревелась, впервые за два года. Горько было и как-то совсем пусто."
"А на следующий день пришло извещение из банка, что господин Измайлов полностью покрыл кредит за квартиру. Не знала, что думать по этому поводу, я уже тогда приучала себя к мысли, что нужно учиться жить вообще без его денег.
Тупо, знаю. Но у меня было стойкое чувство, что он тоже так пытается искупить свою вину. Продаваться не хотелось.
Мысль о том, что не надо кредит платить, позволила немного проредить свои же смены. А потом меня повысили, до администратора. К тому времени я уже успела трижды проклясть себя за то, что так и не получила образование. Была права моя родня, когда ругалась на меня за то, что универ бросала.
