Отверженная

Кирилл тут же одернул руку, ускорился и отвесил мне легкую пощечину. Затем поймал галстук, и вытянув одну его часть вниз, обмотал ею руку. Не успела я опомниться, как оказалась связана накрепко. Он резко дернул вверх и я села, Шакалов подхватил за ягодицы и вместо того, чтобы двигаться сам, начал насаживать меня на себя. Его лицо было напротив, комок внизу живота становился все плотнее, требовал внимания все больше, а сделать я ничего не могла. Видя мое замешательство, Кирилл издал ледяной смешок и прошептал: — И что теперь? Больше сказать нечего?

— Ничего.

Главное ты уже понял. — выплюнула я ему в лицо, смешивая ощущения от секса с воображением, которое в данный момент перемалывало кости Шакалова в блендере.

— Тогда скажи мне, кто он. — протараторил он, делая восьмерочку, задевая все эрогенные зоны сразу. Я сжала зубы, посылая его глазами понятнее, чем было бы словами, как вдруг ощутила один палец на клиторе, а другой около ануса. Мои глаза расширились, но Кирилл не дал времени на осознание. Продолжая вонзаться в меня, он быстро гладил пульсирующую горошину и медленно скользил внутри по боковой стенке влагалища, усиливая ощущения втрое крат.

Скрюченная, связанная, напряженная, как струна, я ощущала что ощущения становятся слишком сильным, насколько, что организм может просто не выдержать.

Но Шакалов был не достоин такой чести! Пусть в тот момент я и видела просто тело, но не могла позволить чему-то поощряющему проскользнуть во взгляде и действиях, кроме редких всхлипов и приглушенных стонов.

— Признай, что тебе хорошо, Черничка. Так хорошо, как не было никогда. Ни с кем другим! — отчеканил Кирилл, глядя прямо в глаза. — Без твоего постоянного самоконтроля ты, наконец-то, открыла свою истинную страстную натуру. Трахать тебя такую одно удовольствие…

— Хорошо? — холодно рассмеялась я ему прямо в лицо и с трудом удерживаясь от пика, выпалила, как на духу. — Позже я пришлю тебе видео секса с мужчиной, к которому к меня есть чувства. Сравнишь и подведешь итоги.

— Ну ты и сука… — рыкнул он, вонзаясь так резко, что перед глазами появилась пелена.

Клитор пульсировал, стенки ныли, как и руки, желающие расцарапать те участки тела мужчины, что остались нетронутыми. — Тварь!

В ответ я лишь рассмеялась и закатила глаза, желая получить наконец-то, чего так жаждало тело. Немного, еще немного, совсем немного… Толчок, толчок, еще толчок…

— Посмотри на меня! — зарычал он, останавливаясь, а затем резко сжал подбородок, заставляя открыть глаза.