– Наблюдал я за вами, пока танцевали, – продолжил Сарматский, к моему ужасу. – Вот это я понимаю боевой настрой. С таким накалом даже в засаде не замерзнуть.
И снова хохот. Я аж поежилась. Больше от неловкости, чем от неприятия, конечно. Но все же. Не понимала таких шуток. Покосилась на Руслана, не удержалась. Он как раз вскинул на Сарматского взгляд – жесткий, с холодком. Успела испугаться, что толкнет что-то резкое.
Но он отбил вполне сдержанно:
– Готовность номер один, товарищ полковник.
Сарматский хмыкнул, мотнул головой и разразился смехом.
Остальные за ним.
Следом прогремел веселый тост Бастрыкина:
– Чтобы мы все были как автоматы: исправны, собраны и выносливы!
– Главное – без осечек! – подхватил Долженко.
– Ага, и чтобы дамы при нас были в той же готовности! – добавил Савин.
– Это уже как постараешься! – вставил Володин.
Каждую из этих реплик перемежевал смех. Вроде не так все откровенно и не о нас с Русланом, хвала Богу, а я все равно продолжала краснеть.
– Я сбегаю, позвоню… – шепнула всем сразу.
Но Чернов, придержав за руку, не дал подняться. Кожа под его ладонью вспыхнула. Секунда, и повело жаром до самого плеча. Грудная клетка отозвалась пульсацией. А сердце под ней… Пошло в разнос.
– Сейчас уже домой поедем, – выдал Руслан глухо.
Домой.
Вместе.
Как будто между нами все по-настоящему.
Я не ответила. Не пошевелилась. Застыла, будто он пригвоздил.
Пока Чернов не убрал руку."
"– Товарищ полковник, – обратился к Сарматскому, поднявшись. – С вашего разрешения, мы с женой будем выдвигаться.
Шутки шутками, а мелкому нужна мать.
Вот уж точно «шутки шутками»… А я почувствовала резкий прилив молока, едва Руслан это сказал. Грудь молниеносно заныла.
– Конечно, Чернов, езжайте. Ребенок важнее всего, – кивнул Сарматский.
Я встала. Взяла сумку.
– Володин, что ты молчишь? – толкнула мужа Маша.
– Ждем вас с мелким на майский сбор, – тут же напомнил он. – И без отговорок.
Мы с Русланом кивнули, пожелали всем приятного вечера и, попрощавшись, пошли на выход. И чем ближе была дверь, тем яснее я чувствовала, как нарастает напряжение.
Шаг за шагом. Взгляд за взглядом. Вдох за вдохом.
Глава 25. Вот она любовь окаянная
– Это необязательно, – убеждала Чернова, собирая Севу в больницу. Он в этот момент тоже одевался. Точнее – переодевался. Совсем близко. Но я больше не смотрела. Прятала глаза старательнее, чем когда-либо. – Ты ведь только с ночной. Зачем тебе ехать с нами? Это всего-навсего плановый прием. Поешь, поспи… Я сама справлюсь.
