Шок-школа

По итогам изучения фотографий выяснилось следующее: количество учеников первого «А» класса на протяжении полугода не менялось – оно неизменно равнялось пятнадцати, – а вот в составе происходили изменения. В конце первой четверти исчез Алексей Вешкин и появился Вениамин Валькович, под Новый год пропала Люся Бондарева и возникла Таня Маркова.

– А еще у нас есть новый мальчик, его Стасик Фурцев зовут, он после Нового года пришел, – добавил Сенька, когда Натка уже собирала разложенные по столу фотографии.

– Какой еще Стасик? – нахмурилась она.

Вместе со Стасиком получалось уже не пятнадцать учеников, а шестнадцать.

– Не знаю, мы же с ним еще не встречались, мне про него Слон сказал, – Сенька то и дело созванивался с приятелями-одноклассниками. – Этот Стасик Фурцев сейчас на моем месте сидит.

Тут Натка поняла: в Шоко-школе твердо рассчитывают, что Арсений Кузнецов по прозвищу Сено к ним больше не вернется.

И хотя это уже вполне соответствовало желанию самой Натки, она все-таки закусила губу: ну-ну, посмотрим еще, кто кого!

Телефонов Алеши Вешкина и Люси Бондаревой, досрочно выбывших из первого «А», у Сеньки не было – они не успели сдружиться.

Но Натка самым внимательным образом изучила чат и нашла в нем два номера родителей, в разное время «самовыпилившихся» из сообщества.

Пришло время познакомиться с товарищами по несчастью.

Натка выдернула из блокнота листок, на котором было написано: «Алеша Вешкин, Люся Бондарева, Стасик Фурцев». Аккуратным столбиком она записала на следующем листке еще три фамилии: Уфимцева, Ларина, Нахимова.

Его Натка тоже выдернула, прилепила обе бумажки на холодильник и прижала магнитами, как обычно делала с записками-напоминалками, оставляемыми самой себе.

План действий вчерне у нее уже сложился.

Уфимцеву, Ларину и Нахимову Натка нашла на сайте Шоко-школы.

Элина Марковна Нахимова оказалась учителем начальных классов и руководителем первого «Б», Светлана Иосифовна Ларина – школьным доктором, Тамара Викторовна Уфимцева – штатным психологом Шоко-школы.

Телефонные номера родителей, самоудалившихся из классного чата, пробил для Натки безотказный Таганцев.

Один из номеров принадлежал Ольге Вешкиной – маме Алеши, второй – какой-то Ларисе Павловне Орловой. Поскольку никаких Орловых в первом «А» не бывало, Натка упросила друга-опера добыть какую-нибудь информацию об этой даме, и оказалось, что все правильно, Лариса Павловна имела прямое отношение к бывшей ученице Люсе Бондаревой.