Там, за передним краем

 — Только в отделение свое я вряд ли вернусь…

Подошли попрощаться с подругой Света, Аня и Марина. Лавров не стал мешать им. Еще раз кивнув Климановой, он направился к артиллеристам.

Капитан Кобахидзе стоял, склонив голову, около поваленной набок гаубицы. Тут же, на траве, плечом к плечу лежали прикрытые плащ-палаткой сержант Генералов, рядовой Ловцов и еще один солдат — заряжающий.

— А ведь сдержал свое слово сержант, — тихо проговорил командир дивизиона, — отличного наводчика сделал из друга. Из гаубицы прямой наводкой далеко не каждый опытный артиллерист сумеет в танк попасть.

Вадим смотрел на посеревшие лица побратимов и думал: «Вот они, боги войны. Оказывается, тоже не бессмертны. Жизнью своей выручили не только нас, снайперов…»

— Девушкам своим, — сказал капитан, — передайте большое спасибо. Если бы не они, то фашисты могли прорваться к КП, медпункту и натворили бы там бог знает что. Я видел, у вас тоже горе. Потому вместе со спасибо передайте и наше сочувствие.

Вернулась Наташа, позвала к себе Лаврова.

— Ну, что сказала врач? — спросил он.

— Рана серьезная. Сейчас обработают и отправят в госпиталь.

— А потом что будет?

— Да ничего, — спокойно и даже вроде весело произнесла Наташа, — месяц-другой полежит в госпитале, а потом поедет на Алтай, домой к Аркадию. Я читала письма его матери. Живет одна в селе. Свой дом, есть всякая живность. Очень просит невестушку, так она называет Таню, к себе. А ей, Тане, кроме и податься-то некуда. Одна она. Отец погиб на фронте.

Из штаба прибежал посыльный — шустрый круглолицый солдат, передал, чтобы снайпера двигались на Межциемс. Он уже взят нашими. Штаб тоже снимается. Подошел к Лаврову, заговорщицки прошептал:

— Видел на столе у майора Стороженко приказ, подписанный командиром дивизии, о награждении тебя орденом Славы третьей степени.

— Честное слово? Не врешь? — схватил его за рукав Вадим.

Солдат сделал обиженное выражение лица.

— Если бы я услышал такие слова у себя в Мценске, то был бы серьезный разговор, — и он показал, будто закатывает рукава. — А тут… Тут я могу ответить по-уставному: «Так точно, товарищ сержант, не вру!» Он же рассказал, что эти два фашистских танка были в засаде. Никто их не обнаружил. Когда войска прошли, они вылезли и пошли гулять вдоль Гауи. В соседней дивизии две кухни смяли, сожгли машину с горючим. Потом к нам направились.