Насвистывая сквозь зубы жалобный восточный мотивчик, он достал из багажника домкрат и гаечный ключ. Хвала аллаху, лежавшая на капоте запаска нисколько не пострадала, и пять минут спустя Забродов был готов к отъезду.
У него не было четкого плана предстоящей кампании. Разумеется, в первую очередь нужно было связаться с Мещеряковым, но до этого следовало сделать еще кое-что. Илларион завел двигатель и не спеша поехал в сторону шоссе.
Вскоре, однако, ему пришлось остановиться, чтобы убрать с дороги тело северцевского телохранителя.
Он нерешительно подержал в руках автомат, но, покачав головой, положил его рядом с трупом.
Возле того места, где стоял полузатонувший «опель» Алехина, он остановил машину и спустился к болоту. Он зачем-то заглянул в кабину, испачкал руки, вытер их о джинсы и вернулся к «лендроверу».
По дороге к шоссе ему пришлось сделать еще одну остановку. Прямо посреди проселка стоял изуродованный «мерседес» Северцева. Илларион подошел к машине и заглянул в салон. Покачав головой, он тихо прикрыл дверцу и отошел от «мерседеса».
Больше по пути в город задержек не было, и вскоре запыленный «лендровер» Забродова подкатил к автостоянке. Иллариону пришлось слегка напрячься, чтобы припомнить, чья сегодня смена. Он еще размышлял над этим, когда в воротах стоянки показался Родин.
— Ну, конечно, — сказал Илларион сам себе, покачивая головой.
— Салют, капитан, — помахал рукой Родин. — Как дела?
— Я в порядке, — ответил Илларион. — А как наша подопечная?
— Она тоже в порядке. Брат за ней присматривает.
— Послушай, Слава, этот твой Василии сегодня не заходил? Он мне нужен.
— Нет, я его с утра не видел. У меня есть его адрес и телефон. Записать?
— Непременно. И свой тоже, если не возражаешь.
— Мой? А, понимаю — хотите навестить крестницу. Она ничего.
— У нее на прошлой неделе убили мужа и трехлетнюю дочь, Слава. Имей это в виду.
— Понял, капитан.
— И еще одно, Слава. Ты случайно никому не говорил, кто я и чем занимался раньше?
— За кого вы меня держите, капитан?
— А по пьяной лавочке?
— Я много не пью, капитан.
За последние три года только один раз набрался до отключки. У напарника был день рождения, ну, я и не заметил, как отъехал. Я его утром спрашивал, что было, а он говорит — ничего, мол, упал мордой в стол и отрубился. Да он, помнится, еще пьянее меня был. А в чем дело?
— Так, ерунда, не бери в голову. Я не помню, в вашей сторожке телефон есть?
— У вас же был сотовый.
— Я его уронил.
— Тогда придется звонить из автомата.
